Севастополь в июле: взрывы и море

На днях в первый раз здесь ушла во время налёта дронов в ванную — взрывались близко, дом дрожал… После атак возникли лесные пожары. Люди возят воду в горы. У меня нет машины под жопой, поэтому чувствую себя бесполезно.

Бухты закрыты, некоторые пляжи превратились в экстремальное развлечение. Сбивают прямо над ними. Зато отремонтировали Хрусталку — пляж в центре города. Народ потянулся в центр, «в Севастополь» — потому что, например, Камышовая или Казачья бухты, Балаклава и Фиолент «Севастополем» не считаются. Севастополь — это площадь Нахимова, Графская пристань, Большая Морская, Малахов курган. Когда народ с окраин едет туда, говорят: мы поехали в Севастополь.

На Хрусталке — Хрустальном пляже в Артиллерийской бухте, молодняк разбегается и весело сигает в море с бетонной набережной. Глубина два метра. Брызги летят в отдыхающих взрослых.

Ближе к вечеру идут ракеты в море за бонами, взбивают фонтаны воды. Говорят, так тренируется Флот. А, может, вражеские БЭКи подкрались…

Волна от недалёких разрывов подхватывает тебя и лелеет. Гаснут лучи солнца. Народ собирает манатки, выжимает трусы и купальники — последние автобусы уходят из Севастополя не позднее 21.50.

К трапу на променад гребет боец с рукою, забранной в гипс и обмотанной полиэтиленовым пакетом. Выбравшись, снимает пакет, ловко орудуя здоровой рукой — закуривает. Провожает взглядом девушек в лёгких туниках и сандалиях. Девушки останавливаются, кормят бродячих котов, посматривают на бойца.

Солнце падает в волны — и город погружается в тёплую мглу. Уличные фонари не горят, сияют только вывески закрытых кафе и тихо светятся белые древесные тела платанов. Из стремительно пробегающих авто доносится русская плясовая.

Источник